Удивительно, что за последний год в Свамп-тауне, жизнь Брюса наполнилась приключениями, будто бы другие семь лет (подумать только!) здесь были похожи на прозябание, бессмысленное и полное разочарований. Нет, насчёт этого города учёный никогда не строил ожиданий; но куда страшнее было разочаровываться в себе раз за разом в попытках биться над загадкой радио и радиостанции. В какой-то момент Брюс начал думать, что свихнулся. Но знакомство с Майклом, так неожиданно переросшее в дружбу, убедило его в том, что шансы у них всё-таки есть - и если не на спасение, то на раскрытие некоторых ужасных болотных тайн. Иными словами, он больше не был один в этой войне. И они с Майклом проявили себя неплохой командой.

И в этот раз они тоже объединились для нового дела. Клич о поисковой бригаде для коз бросили быстро, так же оперативно набралась группа. Желающих оказалось немало по меркам Свампа, но большинство из волонтёров реально могли бы справиться с козами. Новенькие... новенькие желали быть полезными. Иных причин для того, почему Элизабет и Сонни вписались в это дело, у Брюса не было.

- Я почти уверен, что козам пиздец, - негромко проворчал Брюс, чуть повернувшись к Майклу, пока компания разбивалась попарно, как потребовал этот... Хельмут. -  Если они вообще были. - Сказал ещё тише, с ноткой подозрительности, и серьёзно попросил друга: - Не спускай с него глаз, ладно? Если заподозришь неладное, подай мне знак. Мало ли. - Он пожал плечами, и только потом обернулся, сделал пару шагов навстречу своей "паре" по экспедиции.

- Лиз... - тихим баритоном окликнул девушку и с хитрой ухмылкой подал ей локоть. Не хватало ещё потерь в лесу по дурацкой случайности из-за коряг или ям.

Элизабет Нолан не так давно вернулась в его жизнь. С ней был парнишка-музыкант, и в их отношениях Лэнгу не хотелось разбираться. О том, что тот ревновал Элизабет - и ревновал к нему, - Брюс, к несчастью, знал. Природное любопытство толкало его устроить конкуренцию на ровном месте, но здравый смысл твердил, что это со скуки. Никого уводить он не собирался. Просто Лиз была его старой подругой, а теперь и единственным лицом из прошлой жизни, которая напоминала ему о том, что прошлое - реально, а не порождение восьмилетней депрессии, и потому беспокойная натура эксцентричного учёного, столкнувшись с проявлением ревности, теперь самую малость желала конфликта. Бутафорского, конечно. Драться с пижоном ещё не хватало.

Во всяком случае, решение Хельмута было логичным. Связка сильный-слабый, да простит эту мысль пижон, всегда работала. А может, у охотника была какая-то своя непостижимая логика. Хуй его знает. Брюс пока не задавал вопросов, присматриваясь к команде и вот этому их начальнику - груде мышц и понтов на тему какой же он охуенный знаток этих мест.

Отредактировано Bruce Lange (2026-01-16 00:02:43)

[indent]Козы, мать их растак за ногу. Санни вызвался идти в этот поход исключительно для того, чтобы чем-то себя занять и при этом не болтаться в треклятом кафе, постоянно натыкаясь на Лиз. Хоть он и не слишком следил за датами, весь апрель был для него бесконечным напоминанием - год прошел. Вот уже год как он потерял примерно все. Дело всей жизни, карьеру, себя... Ее, пожалуй, тоже. Они с Лиз будто кружили двумя спутниками вокруг одной планеты, то сближаясь, то отдаляясь, при этом четко зная, что привязаны и не могут ничего изменить. Ну, или он так думал, пока не застал ее с Брюсом. Тот... черт. Давно не юный, с характерным прищуром темных умных глаз, деланно невозмутимый, производящий впечатление основательности и надежности. Рукастый, черт его побери, с двумя целыми рабочими руками, которые у него не только для кожаных фенечек на запястьях. И даже с почти нормальным зрением, похоже. Санни проигрывал по всем статьям, даже еще не вступив в соревнование. Отлично отпраздновали годовщину его травмы, просто блеск.
[indent]Лиз, конечно, увязалась за ним, чем еще больше выбесила. Что он ей, пацан неразумный? Калека беспомощный? Все вместе? Прежде они были на равных - он брал талантом, она красотой, вместе они создавали уникальный тандем, который признавал даже его фанатский бусти-чат (впрочем, тех, кто так и не признал, он на пару с администратором постепенно забанил, ибо нефиг). А последние полгода до травмы Санни вообще работал как проклятый, до ломоты в плечах, до того, что кисти сводило, а мозг вообще не разбирал, какой сейчас день. От усталости он срывался на нее тоже, хотя и понимал, что ей и самой нелегко - особенно смотреть, как он пытается вывезти все на себе, в то время как она лишь пересылала деньги бывшему мужу, не в силах купить себе даже визит к маникюрше. Теперь они поменялись ролями. С той разницей, что у него в то время, когда он тащил на себе примерно все, не было, перемать, никакого fucking Брюса Лэнга!
[indent]И этот самый Лэнг, разумеется, тоже входил в группу поиска блядских коз. Какое удивительное совпадение, надо же, сюрприз-сюрприз!

[indent]Санни показал Хельмуту средний палец, когда тот распределил собравшихся по парам, но спорить не стал. Поправил небольшую сумку на плече, куда перед выходом сложил пару небольших бутылок воды, немного съестного для перекуса, бечевку на случай, если какая-нибудь разнесчастная коза ему все-таки попадется (не за рога же ее волочь, дуру), и пристроился в конец "очереди за пиздецом" рядом с Ником. Сосед был приятным малым, хотя после той неудачной пьянки в сентябре Санни не слишком стремился к общению с ним. Ладно, хотя бы что-то хорошее должно быть в этой, мать его, прогулке... Хотя, возможно, Ник снова станет свидетелем, а то и жертвой его несдержанности и факапа, и отношения окончательно разладятся. Ну и похрен, в общем.
[indent]И тем не менее отказываться от похода после того, как увидел на поляне Лэнга, Санни не стал. Еще не хватало, чтобы его тут посчитали истеричкой, которая, увидев соперника, завизжит, расплачется и убежит в закат. Однако глядя на то, как Лэнг галантно предложил Элизабет руку, Санни невольно подумал, что до того момента, когда ему станет окончательно и бесповоротно плевать, что именно о нем подумают другие участники похода, начался обратный отсчет.

Едва услышав новость о том, что в лесу были замечены дикие козы, Николас понял, что это их шанс. Шанс пережить еще один год в этом городе, шанс обеспечить уставших, измотанных проблемами и переживаниями людей, молоком, теплой шерстью и козьим пухом, из которых можно будет связать теплые вещи для будущей зимы, а в перспективе и мясом. Если козы при должном уходе начнут плодиться и у них появятся первые козлята, удастся минимизировать ущерб, что был причинен городу после внезапной лихорадки у скота, из-за которой они лишились части животных. Ник был одним из тех, кто первым вынес предложение о том, чтобы вернуться в лес и найти этих самых коз, чтобы привезти их в город и одомашнить. К нему прислушались, многие поддержали идею соседа, известного в городе как ответственный член общества, заботящийся о его благополучии. Ник не раз приходил на помощь соседям, помогал с ремонтом и бытовыми мелочами, делился мясом, что доставал на охоте или овощами из их небольшого садика. А его жена Лора, была прелестной молодой женщиной, заботящейся о детях. При виде на него первое впечатление, которое возникало, это надежность.

Он был тем, кто принял эту новую жизнь и жил по ее правилам, не стремясь искать ответы и не тратя время в депрессивных попытках жить воспоминаниями о прошлом. Вместо этого он пытался наладить свою жизнь здесь и сейчас, обустраивал их дом, возделывал сад и воспитывал дочь. Не смотря на то, что Лотти приходилось расти в безумном городе, Ник и Лора действительно смогли обеспечить ей нормальное детство, ограждая ее от ужасов за стенами дома, и превращая все в игру, где она принцесса, вынужденная скрываться от дракона в замке с наступлением темноты. А сегодня он пообещал дочке, что приведет в поселение коз, и она сможет на них посмотреть и погладить, девочка любила животных, и Митчелл собирался во чтобы то ни стало выполнить свое обещание.

Поэтому он найдет этих коз даже если они предмет воображения нелюдимого великана, что вызвался быть проводником. Хельмут хоть и был резким и не слишком дружелюбным, но показался Митчеллу надежным. Он видел таких в армии, мрачных, неразговорчивых, грубых, вечно бубнящих себе под нос, что бросят тебя в первой же беде, но на деле закрывающих своих товарищей широкой грудью от пуль. Он куда как больше не доверял чьей-то пустой болтовне, чем тихому брюзжанию проводника. Половину присутствующих он знал лично, о другой кое-что слышал. Мужчина удивился, когда увидел перед собой своих соседей Санни и Лиз, которые кажется были не слишком обрадованы встречей. Их знакомство вышло мягко говоря неудачно, но сам Николас не испытывал ни к кому из них отрицательных эмоций, всякое бывает если не подрасчитаешь с алкоголем, а тем более смешаешь его с сильными лекарственными препаратами, он не навязывал свое общество соседям, которые не хотели общаться, но при встрече здоровался и желал хорошего дня. Помимо соседей, он узнал Майкла Мэйсон-Торна, который заведовал складом, а вот его приятеля, кажется видел впервые, и уж точно не был с ним знаком.

Проводник разбивает их по парам, ставя в связку сильный-слабый, так часто используемую в походах, когда группа собирается разношерстная и проводник стремится создать комфортные условия для всех. Его ставят замыкающим, в компании с соседом, который кажется хмурнее тучи и бросает постоянные, недовольные, даже враждебные взгляды на спутника Лиз, идущего прямо перед ними. Ник пробует разрядить обстановку и отвлечь своего спутника от раздражающих мыслей, задавая нейтральный вопрос: - Как думаешь сколько там коз? Он не спрашивает есть ли они там вообще, потому что тогда эта затея бессмысленная, и весь этот поход всего лишь пустая трата времени. А значит они там быть должны. Более того этим вечером они должны быть в амбаре, где проживает домашний скот, под защитой стен. Путь предстоит не близкий и шагать в гнетущем молчании ему не хочется, поэтому придется попытаться наладить диалог, а может и исправить первое неудачное впечатление у людей, с которыми ему предстоит жить по соседству еще долгие, долгие годы.

Вообще, глядя на Хельмута, Майк ощущал зависть. Тот дымил какой-то термоядерной херней, и это ощущалось почти на кончике языка. Что там вдалбливали про пассивное курение? Сейчас отчаянное хотелось курения активного, а не получилось даже вспомнить, когда в последний раз затягивался. Наверное, со времен скандала в кафе. И не пил тоже, опасаясь, что в состоянии опьянения еще шире распахнет двери чему-то страшному, злому и агрессивному. Тому, что всегда сидело в нем, но только здесь, в Свампе, начало прорываться наружу.

Поэтому он и вписывался во все это, активно пытаясь себя занять. Караулить на складе, проводить время с мужем, осторожно отслеживая его состояния (Майк все еще с замиранием сердца опасался рецидива), ходить по лесу в поисках коз. Уповать на то, что даже самые мелкие действия смогут приблизить выход. Желательно, не вперед ногами.

А если эти козы и на самом деле есть, то это даст надежду продержаться. Только вот Майк не был уверен - хорошо ли это. Не зря ли эта самая надежда находилась в сосуде с болезнями, смертью и другими несчастиями? Быть может, она и есть самое страшное там, последнее из зол. Ожидания, которые никогда не оправдываются.

Надежда на то, что Рори станет лучше, надежда, что они выберутся и смогут собрать все заново. Что их союз выдержит и это.

- Да, теперь на складе, - кивнул Майк. Сам пришел, сам себя назначил. Ну, формально еще это одобрили шериф Холден Редгрейв и падре Энцо, мнения остальных не учитывались. - Веревка точно есть, точильный камень... знаю, что должен быть в кафе, не скажу, в каком состоянии.

Нико держала все в предельном порядке, а как там стало сейчас, ну, вот Лиз в этой же группе находится, ей виднее.

Но можно было еще раз пробежаться по складу в поисках запасного. Какой только ерунды с собой не привозили люди. Впрочем, грузовик с кофе еще нескоро кто-то сможет побить. Даже телевизионная группа на этом фоне меркла.

- У себя тоже могу посмот... - он не договорил, слово оборвалось вместе с полетом Майка носом в землю. Точнее, он бы землю ковырнул, если бы не успел подставить локоть. Времени упасть нормально не было, рефлекторных движений хватило лишь на это.

- Черт возьми! - земля промозглая и скользкая, просачивается сквозь штаны. Рука, принявшая на себя основное падение выглядит не лучше. Но, на первые ощущения, повреждений нет. Не считая чувства собственного достоинства, конечно.

Он встает, пытается отряхнуться, заранее понимая, что в этом смысла чуть.

- Брюс, я нормально, -  никогда не сдавайся, позорься до конца.  Еще и на глазах у чуть ли не единственного друга тут. В принципе, можно и не пытаться вытереться. Всю жизнь в моторном масле, мазуте, испугает ли Майка земля?

Свинья грязь всегда найдет.

[indent]Лиз лишь качает головой. Ее музыкальный слух настроен на нечто иное, и уж точно не то, чтобы выслушивать, где там стук копыт коз. Ее вообще больше беспокоит, что Санни идет вместе с Ником, тем самым Ником, который их сосед и который ей совсем не нравится. И этот лес, и этот поход, на кой черт она вообще пошла сюда? Ей в кафе нечем было заняться?
[indent]Уверенность в своей ошибке крепнет всё больше, пока они продвигаются по лесу. Весенний, он кажется почти обычным, густой подлесок, сочный зеленый цвет, но под ногами влажная земля, корни, а в воздухе тишина. Словно птиц тут не было. Или сейчас они молчат. Короткий привал не приносит отдыха. И хотя Лиз до сих пор сохраняет обычный набор физических упражнений для поддержания формы, для нее этот поход становится всё более утомительным. Может, вернуться? Найдет ли она дорогу сама? Попросить Санни вернуться с ней? Значат ли еще что-то для него ее просьбы?
[indent]Она не слышит предупреждение проводника, погруженная в свои мысли, да и вообще выпадает на какой-то миг из реальности. В чувство ее приводит невесть откуда взявшаяся хватка на руке Брюса, она едва понимает, что произошло, но первым делом ищет взглядом Санни. Оборачивается, улавливая протянутую им руку к ней, и она и сама почти тянется к нему, но он одергивает руку.
[indent]Левую руку.
[indent]Он хотел ее поймать левой рукой.
[indent]Но она травмирована, и Санни об этом не подумал, рефлекторно пытаясь ее схватить.
[indent]Санни всегда ее ловил, если она надумывала прыгнуть. Поймал ее и в снегах Аляски, когда приходилось прыгать со ступенек вагона вставшего поезда. И готов был поймать ее сейчас. От этой мысли все внутри переворачивается.
[indent]Лиз аккуратно освобождается из руки Брюса, но к Санни не решается подойти. Все их разговоры сейчас ничем хорошим не заканчиваются, к тому же привычка не выносить на общее обозрение свои ссоры берет вверх, хотя тут нет вездесущих папарацци и наутро не появятся газеты со статьей на разговоре — пара музыкантов устроила скандал.
[indent]С Майком, похоже, всё в порядке, и Лиз чуть выдыхает. А после переводит взгляд на проводника:
[indent]— Может, будете предупреждать о таких вещах немного пораньше?
[indent]До падения Майка Лиз еще хотела спросить Хельмута о том, почему здесь стоит такая тишина, но сейчас уже настроение окончательно превращается в подобие грязи под ногами. Опасности леса, не очень доброжелательный проводник, Санни, с которым они не разговаривают, и всё, кажется, становится только хуже из-за Брюса. Хотя Брюс ни в чем не виноват, просто звезды сошлись так себе.

Брюс всегда обладал повышенным чувством ответственности. Или нездорового перфекционизма. Как бы то ни было, именно по этой причине Брюс подвергал авторитет лидера своему критическому взгляду, но молчал. Молчал, чтобы не обострять, и посмотреть, что будет дальше. Настроения воевать не было. Тут у многих внутренний конфликт был куда более очевиден, чтобы тревожиться из-за этого, а не скверного характера ведущего.

Элизабет засуетилась и высвободилась. И это прямо после того, как один из их компании наебнулся. И это мог быть любой из них, кроме фигуристов, но фигуристов среди них не было — только музыканты, механик да бывшие военные, привыкшие валяться в грязи словно в термальных источниках. Самое время, конечно же, устраивать драмы на ровном месте. Ох, уж эти детки...

Поэтому Брюс молчал. Чужие эмоции вывозить здесь и сейчас ему не хотелось. Тогда из себя вышел Хельмут. Брюс едва сдержал улыбку, прикусив щёку изнутри. Да, с людьми охуеть как трудно. С козами не легче.

— Тяжело... — Буркнул Брюс себе под нос с долей сарказма. Хельмут хоть и похож на высокомерный кусок говна, но это Свамп, тут сложно сохранять адекватность. Брюс тревожно вспомнил случай на радиостанции, поэтому отчасти понимал лесника. Когда неопытные люди суются в такую опасную авантюру, твари даже не самая актуальная из проблем. И всё-таки, не Хельмуту выёбываться, иначе бы сам ловил этих коз.

Даже панибратское "Эй, ты" Брюса не коробит. Ответственность, переданная ему, привычная когда-то стезя. Давненько он не ходил в лес компанией. Наверное, если не со времен армии, то во время каких-то походов ради тимбилдинга на работе. Точно не в Свампе. Но какая разница? Люди есть люди, а лес есть лес, если ты хорошо натренирован на выживание. Брюс вздохнул с облегчением, когда Хельмут свалил. Молчание в данном случае купило Лэнгу лидерскую роль. Ну, не то, чтобы у кого-то могли возникнуть сомнения, и всё же, это радовало: не нужно было спорить и доказывать главенство.

Он просто знал, что надо делать.

— Значит, план такой... — Брюс тяжко вздохнул, сделал шаг вперёд от компании и обернулся к ним же. — Забудьте всё, чему вас учили в школе Хельмута. Теперь мы бойскауты, поэтому отставить эти похоронные ёбла. — Харизматичная улыбка пустила волну мимических морщин, но уже через пару секунд Лэнг вновь сделался серьёзным: — Логичнее всего идти колонной друг за другом. Да, по одному. Один, то есть я, идёт впереди, пробивает тропинку, остальные идут прямо по следам, и тем самым тратят меньше энергии на преодоление препятствий. Держим дистанцию в два метра, так не потеряем друг друга из поля зрения. Пиздеть можно, это не даст нам потеряться, но помним про стоп-слова: «осторожно», «стоп», «дождитесь меня», если кто-то отстаёт или видит труднопроходимые участки. Мы ищем коз. Но если видим что-то странное, вспоминаем стоп-слова. Ах, да, бога ради: не ловите друг друга. Встать помогаем, а вот лететь вместе не нужно. Если есть вопросы, задавайте в процессе пути. - Брюс хлопнул в ладоши, развернулся, тяжко выдохнул и пошёл вперёд.

Отредактировано Bruce Lange (2026-03-10 20:04:44)

[indent]Обломанной ветке было суждено стать прежде всего не посохом, а чем-то вроде биты, потому что Санни едва не приложил ею Хельмута - за взгляд с издевкой, устремленный в сторону Лиз, за неосторожные слова, за явное пренебрежение, которого никто из них не заслуживал. Как-то не было заметно, что весь город рвался в леса на поиски мифических коз, можно было бы и повежливее с теми, кто вызвался. За пределами Свампа Лиз могла собирать залы, букеты и комплименты просто охапками, и такого, как Хельмут, охрана к ней и вовсе не подпустила бы. А тут, в этих чертовых болотах, он в себя поверил настолько, что не выбирает выражений и говорит с Лиз, а заодно и всеми остальными, презрительно и свысока. Ну и стоило переться на болота, если козлов и в городе вполне достаточно?!
[indent]Правой рукой Санни крепче перехватил палку и уже было дернулся в сторону Хельмута, когда почувствовал на локте холодные даже через одежду пальцы и мгновенно задохнулся от этого прикосновения. Лиз. Лилибет. Черт, она знает его лучше, чем он сам, и наверняка не хочет, чтобы он ввязывался в драку - и уж тем более начинал ее. Хотя наверняка ведь понимает, что именно завело Санни и почему он готов накостылять Хельмуту даже будучи заметно дохлее его визуально, и уж точно слабее. Тем более лишь с одной полноценно работающей рукой. И все-таки он растерялся, не будучи готов к ее вмешательству, не зная, как на него реагировать. Успокоиться и выдохнуть, подчиниться, мгновенно переключаясь из режима берсерка в равновесный и спокойный, режим "в базовой локации", "в городе", типа того, или... или стряхнуть ее руку, рявкнуть что-то злое-обиженное, и рвануть к Хельмуту, чтобы, хм, защитить ее же. Парадокс.
[indent]Пока Санни решал, пока метался между двумя исходами, момент оказался упущен, ему пришлось подчиниться. Хельмут прихватил Ника и утопал в лес, а Санни в итоге ему только средний палец показал вослед. И, сбросив ее руку со своей, отступил назад на свое замыкающее место.
[indent]- Держись лидера, - только и буркнул он, смерил Лэнга тяжелым взглядом и уставился в почву перед мысками ботинок. Все шло примерно через задницу. Развернуться бы и пойти домой, но Лиз... как ему будет сидеться дома, если он будет знать, что она здесь, в лесах, в компании этого чокнутого гения, у которого к тому же появилась возможность проявить себя и привлечь к себе ее внимание. Будто бы без этого было мало.
[indent]Впрочем, Санни с неудовольствием отметил, что слова Лэнга ему... пожалуй, даже нравятся. И манера, и подача, и наполнение. Блядство. С его легкой руки прогулка по болотам превратилась в некий юморной бдсм, и что хуже - Лиз наверняка это все понравилось тоже. Окажись Брюс Лэнг реальным мудилой, пафосным говнюком вроде ее бывшего мужа, Санни бы не было так больно. И ревновать тогда было бы не к чему - всеми видами Стэнли Ноланов она насытилась еще в прошлом, до их встречи. А сейчас и ревность была... странной. Она мешалась с бесконечной неизбывной обидой, с ощущением, что их отношения так и не удастся склеить, как бы оба ни пытались. Лиз пыталась, Санни это прекрасно знал, и сам он пытался тоже, но... но. Возможно, пришло время отпустить друг друга, отпустить ее. Вот только лучше бы вникуда, а не к Брюсу мать его Лэнгу.
[indent]- Мы, кажется, на чемпионате по херовым идеям. - Санни хмыкнул, переведя взгляд со сладкой парочки на Майка. - Иди за Лиз, - почти попросил он. - Я замыкающий. Буду отгонять Хельмута, если тот попытается нас догнать.

[indent]Разумеется, она даже не возразила. Брюс факинг Лэнг смотрелся в лесу почти своим - таким же хмурым, загадочным, таящим какие-то личные секреты за непроницаемым фасадом, и... в общем, не только казался, но и был таким. Спроси сто человек, с кем они выбрали бы идти через болота за козами или еще за каким сомнительным трофеем, все сто без всяких сомнений выбрали бы Лэнга. Санни, в общем, и сам его бы выбрал, если б не эта дурацкая ситуация с Лиз. Точка, которую нужно было поставить, просилась уже давно, и наверное они понимали это оба, но сделать финальный шаг никак не получалось.
[indent]Санни любил ее. Безоговорочно, без оглядки, всем своим существом любил. Но вернуть то, что было раньше, не мог, как бы ни хотел. Как переступить через прошлогодний апрель? Через минувшую осень? Но они все-таки держались друг друга, цеплялись остатками разорванных нитей, зависшие между прошлым и будущим. То наслаждались хорошими днями, то сцепляли зубы и как-то продирались через плохие, справедливо полагая, что в Свампе они есть только друг у друга, а все остальные больше заняты самими собой, личными проблемами и трудностями. Может, потому они продержались здесь полгода, даже больше, и сошлись после того как пытались осенью расстаться. Идти им обоим было некуда. Раньше. А теперь как черт из табакерки появился Брюс Лэнг, и все перестало казаться таким однозначным.
[indent]Лиз с Брюсом давние друзья. Они знали друг друга еще до Свампа, у них и там, в большом внешнем мире, все могло сложиться, встреться они еще хоть раз. Но судьба, в которую Санни не верил, играла с ними, и давно потерянного приятеля Лиз обнаружила именно в Свампе, среди лесов и топей, почти полгода прожив с ним бок о бок и не зная об этом. Похоже, что время пришло, и болотам, или... кому там... Хозяину? Элджи говорил про Хозяина... Хозяину надоело наблюдать как Санни и Лиз ссорятся, не ссорясь, и сближаются, не сближаясь. Он вывел на арену нового персонажа, Брюса факинг Лэнга. Умного, интересного, продуманного, рационального, спокойного. Полная противоположность Санни.
[indent]И, как ни прискорбно сознавать, Лиз будет лучше с ним.
[indent]Наверное, болота подслушивали его мысли - или то был Хозяин, которого никак не мог найти Элджи? - потому что следующий шаг после отчаянной и тоскливой мысли о расставании оказался неудачным. Санни не слишком следил за дорогой, справедливо полагая, что это дело тех, кто топал впереди, и это подвело его. Нога соскользнула по илу, не найдя опоры. Он попытался опереться о твердую землю палкой, воткнуть ее с размаху и удержаться, но не успел и плюхнулся бедром и коленями в голодную жадную трясину, мгновенно провалившись по пояс. Прежде болото казалось ему чем-то вроде ньютоновской жидкости (ролики о которой он видел в сети), перемежаемой озерцами со стоячей вонючей водой, но здесь оно напоминало скорее разваренную кашу, достаточно жидкую, чтобы при любом движении погружаться глубже, и в то же время достаточно вязкую, чтобы не получилось плыть или хоть как-то держаться на поверхности.
[indent]Санни судорожно вдохнул, чувствуя, как ледяная трясина стискивает его словно давно желанный трофей, машинально дернулся пару раз, попытался нащупать ногами прочное дно, попытался высвободить хотя бы палку, которую чудом не выронил, и тут же провалился по самую грудь. Все произошло быстро, так быстро, что он не успел не то, что подумать, а даже осознать произошедшее. Просто только что он месил своими мартинсами на толстой подошве пружинящую, но все-таки достаточно устойчивую почву, а в следующий миг, не издав толком ни звука, уже почти поглощен болотом, и весь его небольшой отряд методично топает вперед, не заметив потери бойца.
[indent]Выбраться самостоятельно вряд ли возможно, хотя устойчивая тропа по-прежнему рядом - всего-то в полутора метрах, не больше. И не закричать, потому что даже дыхание, колыхавшее грудную клетку, кажется, заставляло его погружаться глубже. Хотел расстаться с Лиз и позволить ей быть с Лэнгом? Что ж, лучше варианта не придумаешь. Все желания одним махом исполнит волшебный болотный джинн.
[indent]Чувствуя, как паника подступает к горлу и боясь сделать глубокий вдох, Санни все же выдохнул в удаляющиеся спины негромко, отчего-то вопросительно, словно еще не до конца смирившись с происходящим:
[indent]- Бля?..

[indent]Желание сбросить руку Брюса сильно, но Брюс не виноват, что Лиз злится. Или виноват? Она уже и не знала. Усталость сводит с ума, вызывая потерю контроля над своими эмоциями. Почему, стоило появиться Брюсу, Санни сошел с ума? Почему все уже не просто трещит по швам, а просто рассыпается? Почему у них с Санни нет шансов ни на что хорошее? Впору вспомнить слова Нолана, что у них ничего не выйдет. Неужели он прав?
[indent]Эмоции бурлили, но Лиз все же берет себя в руки. Она молча кивает, пропускает Брюса вперед, а после идет за ним. Осторожно ставит ноги, избегая опасных мест. Не хватало еще свалиться, подвернуть, а то и сломать ногу. В Свампе это чревато неприятными последствиями, даже хороший врач не спасет ситуацию.
[indent]Солнце медленно тянет свои лучи, рыжеватые, в преддверии вечера. Под плотными кронами влажно, даже душно, но от земли тянет сыростью — неприятное сочетание. Лиз передергивает плечами, все еще не слышит пения птиц, но смотрит по сторонам. Они выходят к тому, что на первый взгляд кажется озером, но при ближайшем рассмотрении оказывается болотом. Лиз обнимает себя за плечи — зябко, неприятно — и отбрасывает упавшие на лицо рыжие пряди. Проклятое место, проклятая влажность, может, и правда, к черту этих самых коз?
[indent]По кромке берега приходится идти внимательно. Лиз запинается от громкого окрика Брюса, тихо чертыхается чужой привычкой командовать, останавливаясь, выдыхает. И, подняв взгляд, прищуривается. На той стороне болота среди кустов и деревьев мелькает пятнистый бок. Кабан? Коза? Рассмотреть не представляется никакой возможности, но и через минуту становится не до этого.
[indent]Где пацан?
[indent]Какой, чтоб его... пацан...
[indent]Лиз резко оборачивается, когда соображает, что так Брюс назвал Санни. Для него он, наверное, в самом деле пацан. Взгляд быстро выхватывает безумную картину, секундой позже горло сжимает спазм, мешая позвать Санни. Он наполовину в болоте, и на фоне грядущей паники Лиз с удивлением четко видит недоумение на его лице, страх, который словно медленно передается ей самой, закрадывается в сердце холодными щупальцами. Она едва может сдвинуться с места, а когда все же порывается это сделать, останавливается. Под ногами мерзко хлюпает, а помощи от нее никакой, бегать же кругами и причитать «спасите моего мужика» кажется уж совершенно бесполезным. Потом Лиз едва приближается к происходящему, с замиранием сердца наблюдая, как общими усилиями Брюс и Майкл все же пытаются вытянуть Санни из болота.
[indent]Проклятье.
[indent]Это что за гребаное чувство юмора у кого-то, кто придумывает им проблемы? Мало сломанных пальцев, разлада в отношениях, так что еще, подохнуть в болоте? Так себе идея. Оставалось надеяться, что это случайность, а не Санни решил таким образом отомстить нерадивой невесте. В том состоянии, в котором она находится, когда привычное хладнокровие начинает буксовать, выжирая остатки нервных клеток. Истерика, которая поначалу казалась легкой, подбирается изнутри, выжирает огнем всё, оставляя легкие подпалины.
[indent]Она не вывезет это всё.
[indent]Она просто уже не знает, как бороться с дерьмом, которое их с Санни окружает.
[indent]Когда он, наконец, оказывается на твердой почве, Лиз подходит к ним, рвано опускается на колени в грязь, так же рвано обнимает его, успевая сказать спутникам:
[indent]— На той стороне болота козы, — а после уже тихо, не обращая внимание на тину и грязь, налипшие на Санни, судорожно вздыхает, не зная, что сказать. Потому что хочется орать на него, лупить его, говорить ему, что он гребаный придурок, что он только что мог утонуть там, в той трясине, оставив ее одну. Но Лиз, как обычно, словно они в лучших домах Британии и Германии, делает вид, что всё хорошо, при том, что всё пиздец.