[indent]- Правила должны быть. - Шелли смотрит на Таню внимательно, и почему-то жесче, чем раньше. Как будто оценивает ее способность выжить в городе на болотах, где без соблюдения устоев не протянуть и дня... вернее, и ночи не протянуть. Веришь или нет, считаешь все глупостью или нет - запрись и прячься, не отвечай тому, кто зовет тебя из-за двери, не вступай в контакт, иначе все может закончиться плохо. - Ты правильно думаешь. - А потом внезапно добавляет, словно случайно откровенничая: - Я как-то ночью слышала родителей. Они меня звали... Но я до сих пор не уверена, что это и правда были они.
[indent]Это хорошая женщина. Возможно, ей удастся выживать достаточно долго, чтобы... что? Шелли лишь улыбается своим странным обрывистым мыслям, но не поясняет ничего вслух. Вместо этого она быстро и коротко хлопает в ладоши.
[indent]- Астра! Ну, конечно! Я видела такой цветок в какой-то книжке в Общине. Значит, Хоуп рисовала астру... и еще какой-то цветок. Почему они разные, интересно? Может, это что-нибудь значит? Второй я не знаю как объяснить. Какие-то странно изогнутые лепестки... - Она снова погружается в свои мысли, выныривая оттуда лишь для того, чтобы обратить внимание на странную женщину и подчиниться Тане, которая ее зовет.
[indent]Шелли ускоряет шаг, двигается легко и свободно, обгоняет Таню, будто играя в какую-то игру, и первой взбегает на крыльцо дома следом за дамой в черном. Успевает заметить, как та мечется, то дергается к двери, ведущей в подвал, то смотрит на лестницу на второй этаж. Шелли улыбается, склонив голову, смотрит на женщину с интересом, и та, словно натолкнувшись на ее прямой внимательный взгляд, пятится, поднимается на второй этаж, забыв про чердак. Шелли идет за ней, обгоняя Таню на несколько шагов.
[indent]- Это вы рисовали знаки? - Голосок ее звучит мягко, почти игриво, с детским интересом. - Зачем? И почему использовали не человеческую кровь? - Кажется, вопрос звучит как-то странно. Шелли собиралась спросить про кровь, но не так - она ведь не знала точно, чья именно это была кровь. Но вышло, кажется, не очень. Как будто женщина должна была выбрать для знаков именно человеческую кровь, но вместо нее взяла какую-то другую. Козью или куриную, может, даже коровью.
[indent]Она не то спрашивает, да, так пусть лучше спросит Таня. Шелли оборачивается к своей подоспевшей спутнице, выпуская беглянку из тисков внимательного взгляда, и смотрит на нее растерянно, неуверенно, точно просит поддержки в сложной ситуации, в которой сама не знает, как действовать и уже, кажется, напортачила. Ребенок, выросший без родителей, и не успевший повзрослеть.

Отредактировано Daniel Longman (2026-08-08 00:47:05)

[indent]Генри никогда не видела смерть раньше. Только уже мертвого брата на столе в морге, куда ее вызвали для опознания, дозвонившись первой до нее, а не до родителей. Тогда рядом стоял Мэтт, держал ее за руку, но она не была уверена, что ей было хуже, чем ему. Кажется, наоборот. Смерть коснулась ее тогда мимоходом, а теперь вдруг пришлось столкнуться с ней лицом к лицу. И Генри не понимала, что делать. Так просто организовать похороны, оказывается, или вовсе не приехать попрощаться с парнем, за которого собиралась замуж. Но тут, на улице, когда у ног лежит мертвая девушка, проблема никак не решалась. Мертвая даже не потому, что ее сожрала ночная тварь, нет, а потому, что просто у нее был приступ, очень странный приступ, который нельзя было остановить, потому что в этом проклятом городе ни черта нет.
[indent]Генри не сразу понимает, что по ее щекам текут слезы, и все вокруг размывается. Она отворачивается от подошедшего мужчины, от Луизы, от трупа, украдкой вытирает слезы, давит тяжелый вздох. А после берет Луизу за руку. Что ж, Генри умела поддержать тех, кто страдает из-за переживаний о смерти. Себя она не могла поддержать, других вполне себе. Холодными пальцами она сжимает пальцы доктора Доусон.
[indent]Мужчина кивает Луизе, смотрит на Джемму. И поднимает ее на руки, пока тело не окоченело, это возможно без проблем.
[indent]- Несите в церковь, - сипло подсказывает Генри. Наблюдает за тем, как он уносит Джемму. - Надо же, не боится трупов. Не многие хотят касаться мертвых, даже теплых. Они уже не дышат, и это очень странное чувство.
[indent]Она переводит взгляд на Луизу. И крепко сжимает ее локоть.
[indent]- Пойдем. Не знаю, нашли там что-то Шелли и Таня, но тебе сейчас нужно выпить что-то горячее, съесть что-то вкусное и почувствовать себя живой.
[indent]Генри бросает взгляд на знаки на стене. Плевать уже на них. Какая-то психопатка рисует их на домах, ну и черт с ними. Психов тут полно, зато нет психиатра, просто нужно запирать двери на ночь и быть внимательнее.

[indent]Регина Росс? Таня бросает любопытный взгляд на Шелли, которая узнает женщину. Хорошо, у них есть имя.
[indent]В голове словно сирена воет, такие, какие используют на пляже, чтобы оповестить о приближении бури, грядущем цунами или просто, когда кто-то тонет. Таня смотрит на Регину и чувствует нечто неизбежное. Но ее слова отвлекают от этого чувства, заставляют переключиться, нахмуриться. Регина несет какую-то чушь, от чего хочется покачать головой, вызвать психушку и полицию одновременно. Но ни то, ни другое тут не функционирует: клиники нет, а шериф, кажется, в запое.
[indent]- Регина, стойте. Не знаю, что с вами произошло, но вам нужно взять себя в руки и уйти с крыши.
[indent]Но женщина не слушает ее, да и Шелли начинает задавать вопросы, которые звучат как-то... странно. Пахнет кровью? Таня бросает взгляд на спутницу, затем на Регину, пытается принюхаться. Нет, никакого запаха крови. Наверное, Шелли блефует, чтобы воздействовать на психику Росс, а потому можно выбросить это из головы. И не думать о странных словах. Но то, как Регина опасно балансирует на краю крыши, заставляет броситься к окну. Таня протягивает руки, стремится ухватить ее:
[indent]- Нет, Регина, стойте, не двигайтесь!
[indent]Таня перегибается через подоконник, но кончики пальцев едва скользят по рукаву Регины, та теряет равновесие и ныряет за край крыши. Таня цепенеет от ужаса. Второй этаж был не так уж высок, наверняка она просто сломала руку. Или ногу. Поранилась до крови. Но она должна быть жива. Таня выходит из ступора и выбегает из комнаты, бежит по лестнице вниз. Она не знает, следует ли за ней Шелли, она просто хочет убедиться, что Регина жива. Но увы, на лужайке, уже успевшей стать изумрудной от веселой весенней травы, лежит сломанной куклой женщина. Мертвая женщина. Мертвая Регина Росс. Таня подносит ладони к губам, смотрит с откровенным ужасом. А внутри расплывается холод от мысли, что они с Шелли довели Регину Росс до смерти.
[indent]Они.
[indent]Она...
[indent]Таня чувствует себя убийцей.